СЕТЬ ДЕТСКИХ ЛАГЕРЕЙ ДМИТРИЯ И МАТВЕЯ ШПАРО
8 (495) 960-21-28
Главная › Блог › По воде на «Крышу мира». Памирцы
0

По воде на «Крышу мира». Памирцы

«Не место красит человека, а человек – место» – старая, избитая фраза, но сколько в ней истины. Вы замечали, что ваши впечатления от поездки во многом зависят от людей рядом? Мои – всегда с этим связаны. И поход на Памир не был исключением. Мне становилось радостно, только оттого, что со мной именно эти люди.

Так или иначе, туристским группам приходится контактировать и с местными жителями. К сожалению, не всегда они настроены доброжелательно и это может оставить неприятный отпечаток. Мы приезжаем в другую страну, там свои обычаи, традиции и правила. Маршрут нашего сплава проходит в очень отдаленных местах, сложно даже предположить какова будет реакция местных жителей на появление «разноцветных» людей из ниоткуда. Но эта поездка перевернула мои представления и ожидания. Они рухнули в момент приземления самолета. Сзади нас сидел мужчина, с которым мы перекинулись всего парой фраз. Но, выходя из самолета, он нас окликнул и дал номер своего телефона, сказав, что если возникнут проблемы – он поможет нам во всем. Следом появилась женщина, которая пригласила нас погостить к себе.

Восемь совершенно незнакомых человек с огромными рюкзаками и кучей железа – многие бы позвали нас к себе в гости? Сомнительно. В глазах таджиков я не увидела ни капли лицемерия. Все настолько открыты и добры, что каждая их фраза, приглашение или желание помочь чем угодно – сначала выбивает из колеи. И это было только начало.

На протяжении всего похода мы встречали прекрасных людей. Где бы мы не останавливались, нам всегда были рады, всегда звали в гости, предлагали горячий чай. Памирцы – потрясающий народ. Они невероятно дружелюбны и приветливы, они всегда искренне рады встрече.

Туристы и аксакалы.

Туристы и аксакалы.

Быт и обычаи этого народа, начиная от убранства дома и до общения с гостем, завораживают. Жилища памирцев необычайно яркие. В середине большой комнаты стоят пять колон, символизирующие пять главных пророков ислама, в центре потолка располагается единственное окно, заключенное в четыре квадратные рамы, которые символизируют четыре стихии: воду, землю, ветер и огонь. По периметру помещения устроены обширные возвышенные площадки. На них и проходит домашняя жизнь памирцев: там едят, спят, хлопочут по хозяйству, принимают гостей. Таким образом, все оказываются за одним «столом» пьют чай из маленьких пиалочек, заедая его лепешкой, только что вынутой из печи.

Гость для памирца – это святое. Неважно день или ночь, они всегда готовы накормить, приютить или помочь совершенно безвозмездно. Для меня это было удивительно. Ведь чем дальше от цивилизации, тем беднее кишлаки и их жители. Огромные деревянные дома сменяются маленькими домишками, сделанными из некачественного камня. Люди здесь живут лишь тем, что дает природа: занимаются земледелием, выращивая на крошечных огородиках овощи и злаки, держат скот. Но и это есть не у всех.

Забрасываясь на реку Танымас, мы остановились в кишлаке Кудара. Приехали туда уже поздним вечером, но хозяин ближайшего дома тут же пригласил нас на ночлег. Отказываться мы не стали – ночевка в доме сильно сэкономила бы наше время. Нас быстренько накормили, напоили чаем. Хозяева рассказывали о своей жизни, о детях, которые вынуждены жить вдалеке от дома, поскольку школ здесь нет, вспоминали про времена СССР. Добрый, теплый разговор, я бы сказала, почти семейный. Спать легли, соблюдая все здешние обычаи, но в спальниках. Улеглись плотнячком друг к другу, и вскоре по всей комнате разлились наши довольные посапывания.

Всегда эти люди делились с нами всем, что имеют, независимо от материального состояния. Иногда, глядя на то, как и чем они живут, внутри вспыхивала буря эмоций – хотелось отдать им все, что у нас есть, чтобы как-то облегчить их существование. Зачастую, мы делились с ними своими продуктами: отдавали рис, гречку, сухое молоко, все, что оставалось сверх раскладки.

Памирская детвора… Она занимает огромное место в моих воспоминаниях. Все мы – инструкторы, работаем с детьми. Поэтому, нам всегда хочется сделать детей чуточку счастливее, «нарисовать» на их лицах улыбки. Памирские дети отличаются от всех других. Я давно не встречала столь счастливых и наивных глаз. Они играют в футбол рваным мячом, забивая голы в ворота, сделанные из веток – и искренне радуются. Они не знают другой жизни, они счастливы здесь и сейчас. Настоящее, беззаботное детство без интернета, без гаджетов, даже без телевизора. Они не могли оставить нас равнодушными. Еще в Душанбе мы купили огромное количество конфет, и вот теперь горстями, а иногда и пакетами, раздавали их детям. Приятно до слез, что мы хоть чуточку смогли их порадовать. Зачастую толпа детворы с криками и приглашениями в гости бежала вслед за катамаранами ни один километр. Мы не всегда могли пристать к берегу, но если выдавалась возможность – старались все же это сделать. Конфеты были всегда наготове.

Памирские дети.

Памирские дети.

На Памире все, от мала до велика, пронизаны дружелюбием. Запомнился случай. Мы причалили к берегу, чтобы спросить разрешения переночевать на краю кишлака. Но нас даже слушать не стали – тут же пригласили в дом. Поскольку мы были по уши мокрые и жутко уставшие – возражать не стали. Хозяин дома хотел было приготовить для нас ужин, но мы его остановили. Не хотелось доставлять лишних хлопот, мы итак заняли его жилище. И тогда он предложил нам то, от чего мы отказаться не смогли – картошка. Вы только представьте: строгая походная раскладка, жесткие физические нагрузки, ледяная вода и жуткие ветры, которые не дают спать ночью – и вдруг жареная картошка! О-о-о, мы об этом и мечтать не могли! Теперь один только ее запах уносит меня в этот маленький кишлак на берегу Бартанга.

Вскоре о нашем визите узнали все жители, стали приходить в гости и приносить подарки. Кто-то лепешку, кто-то яблоки или овощи. Люди несли все, что у них есть. И самое жуткое, это понимание того, что у них нет ничего другого. Кто-то принес пол-лепешки не потому, что ему жалко целую, а потому, что целой у него нет! Эта пронзительная мысль вызывала дикое ощущение боли, жалости и сопереживания… Мы всячески отказывались от подарков, но это лишь обижало памирцев.

Пока готовили картошку, увидели мальчишку, который робко прогуливался рядом. Я подозвала его, достала из кармана пакетик с конфетами и положила ему в ладони. Он засмущался, начать что-то лепетать и, чтобы немного его подбодрить, я спросила про рыбалку. Мальчуган тут же оживился! Начал рассказывать про рыбу, которая здесь водится, на что ее ловить и как. Я вспомнила про Юрия Михайловича, который весь поход тщетно пытался что-нибудь поймать. Я спросила: может ли мальчик помочь нашему командиру? Его глаза тут же распахнулись, он расплылся в улыбке и со словами: «Я накопаю червей, возьму удочку и вернусь», — со всех ног рванул в сторону дома.

Рассказала про этого парня Кэпу. Он задумчиво улыбнулся, встал, подготовил свою удочку со всеми снастями, и отправился на рыбалку в сопровождении маленького гида.

Мы стояли сзади, наблюдая за процессом, и тихонько умилялись. Кэп что-то спрашивает – мальчишка начинает взахлеб отвечать, потом спрашивает сам – Юрий Михайлович начинает свой рассказ. Потом дает парню свою удочку, мол, попробуй половить моей. Рассказывает, как она устроена и как работает, для чего нужна та или иная «висюлька». Парень светился от счастья! С трепетом и волнением он держал эту чудо-снасть. Таких он еще не видел, ведь удочки местной детворы – это кривая палка и леска с крючком.

Два рыболова.

Два рыболова.

Уже вечереет и рыбалка подходит к концу. Мальчишка поворачивается к Юрию Михайловичу, возвращая ему удочку. «Она твоя», – говорит с улыбкой старший рыболов. В этот момент в глазах ребенка одновременно загораются десятки эмоций: смущение, удивление, радость! Детские, мокрые от счастья глаза, говорят куда больше слов.

Уверена, в памяти этого мальчишки надолго останется чужестранец, пришедший по воде на большой цветной надувной лодке, и эта рыбалка.

Наш поход подходит к завершению. Весь запас конфет рассыпан по детским ладошкам вдоль полноводного Бартанга. А в моей голове происходит дикая трансформация. Ни один человек на свете не возвращается из долгого путешествия прежним. Когда-то я уже писала, что туризм – это школа жизни, но здесь не учат математике, химии или физике. Здесь ты приобретаешь гораздо больше. Всегда происходит что-то заставляющее нас переоценивать свою жизнь, отношение к близким, жизненные приоритеты и принципы. Хочешь ты этого или нет. За это я и люблю туризм. В каждом путешествии мы учимся и меняемся, абсолютно в каждом, просто понимаем мы это отнюдь не сразу.

Этот поход перевернул весь мой внутренний мир. Водный туризм открылся для меня с совершенно новой, неизвестной еще стороны: элементы альпинизма, обносы по десять километров, применение совершенно неожиданных тактические схемы – все это происходило с нами изо дня в день.

Природа, пейзажи – это, пожалуй, лучшее, что я видела в своей жизни. И сейчас, тщательно все переварив в своей голове, я понимаю, что Кэп был несомненно прав – побывав здесь однажды, тебе всю жизнь будут сниться голубично-лазурные воды Сареза, разноцветные скалы и бурные пенные реки Памира. Но еще чаще, будут появляться в памяти огромные карие глаза детей, наполняющиеся слезами от счастья, и люди, готовые отдать последний кусок лепешки и глоток воды, и их добрая улыбка. Теперь я понимаю водников, которые всем рекам мира предпочитают здешние реки. Безусловно, они стоят того, чтобы по ним сплавлялись. Но я уверена, что не только реки были причиной столь частых путешествий в эти края. Далеко не реки…

Место, куда хочется вернуться.

Место, куда хочется вернуться.

У туриста всегда есть несколько мест, куда хочется вернуться вновь. Увидеть красивые пейзажи, пройти часть реки, которая очень понравилась, взять порог, который не дался в прошлый раз. Мой список не велик. Я мечтаю отдать «долг» алтайской реке Башкаус, полностью пройти порог Камень преткновения, в котором был мой первый оверкиль. Теперь во главе этого списка стоит Памир. Я хочу когда-нибудь вернуться туда, где от горных пейзажей захватывает дух, где только от вида порогов закипает адреналин в крови, где встречи с людьми побуждают тебя сделать что-то хорошее, доброе. Место, где навеки осталось мое сердце.

Памир, сентябрь 2018 года. Я боюсь даже подумать о том, что какой-то день похода исчезнет из моей памяти. Не хочу забывать ни это путешествие, ни те чувства и ощущения, которые рождались во мне каждый день. Друзья, я хочу сказать спасибо вам всем, просто за то, что именно вы были рядом, что именно с вами я пережила все это. С вами я готова пойти на край света, уверена, когда-нибудь мы доберемся и туда!

Ребята, любите туризм, ходите в походы! Поверьте, ни один день в городе не даст вам столько, сколько вы сможете получить вне цивилизации. Моя история о «Крыше мира» закончилась. Но впереди нас всех ждет множество других историй, интересных походов и ярких путешествий. Карлос Кастанеда писал, что идти надо только по пути, у которого есть сердце: «Один путь делает путешествие по нему радостным: пока ты следуешь ему, ты и твой путь нераздельны. Другой путь заставит тебя проклинать свою жизнь. Один делает тебя сильным; другой ослабляет тебя. У одного есть сердце, а у другого – нет». Так вот, неважно когда и какими будут наши путешествия, главное – они имеют сердце.

 


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:


Комментарии
Добавить комментарий:

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*